- Значит, что же?
- Сам разбирай. Призадумался Петр Степаныч. Оба примолкли.
- Не чаял этого, не думал,- сказал он, наконец.
- Никогда не таила от тебя я мыслей своих,- тихо, с едва заметной грустью молвила Фленушка.- Всегда говорила, что в мужья ты мне не годишься... Разве не сказывала я тебе, что буду женой злой, неугодливой? Нешто не говорила, что такова уж я на свет уродилась, что никогда не бывать мне кроткой, покорной женой? Нешто не говорила, что у нас с тобой будет один конец - либо сама петлю на шею, либо тебе отравы дам?..
- Бахвалилась (Бахвалиться - хвастаться, самохвальничать. ),- сказал Самоквасов.
- Не из таковских я, не бахвалка,- перервала его Фленушка.- Прямое дело говорила. Вольно было не слушать речей моих.
- Зачем же столько времени ты проводила меня? - с жаром спросил ее Петр Степаныч.
- Чем же я проводила тебя? - вскинув пылающими глазами на Самоквасова, спросила Фленушка.
- Как чем? Обнимала, целовала, в перелеске под кустиком до утренней зари, бывало, вместе с тобой мы просиживали, тайные, любовные речи говаривали...- с укором говорил ей Петр Степаныч.
- Со скуки,- пожав плечами, холодно молвила Фленушка.