Чин чином справили свой праздник Бояркины. Постороннего народа за столами на широком дворе и почетных гостей в тесной келарне было немало. Всем учрежденье за трапезой было довольное. Все обошлось хорошо, уставно и в должном порядке. И когда по окончании обеда остались в келарне только свои, утомленная хлопотами мать Таисея, присев на лавочке, радостно перекрестилась и молвила:
- Слава те, господи!.. Привела владычица матушка царица небесная праздник великий свой спраздновать!
И матери и белицы низко поклонились игуменье. Казначея мать Ираида за всех за них молвила:
- Твоими, матушка, стараньями, твоим попеченьем!.. Не от уст, от сердец наших прими благодаренье.
- Спаси Христос, матери; спасибо, девицы... Всех на добром слове благодарю покорно,-- с малым поклоном ответила Таисея, встала и пошла из келарни. Сойдя с крыльца, увидала она молодых людей, что кланялись с Манефиными богомольцами...
- Не прогневайтесь, гости дорогие, на нашем убогом угощенье,- с низким поклоном сказала им Таисея.- Не взыщите бога ради на наших недостатках... Много гостям рады, да немного запасливы.
- Чтой-то вы, матушка?.. Помилуйте! - молвил удалец, что был одет по-немецкому.- Оченно довольны остались на вашей ласке и угощенье.
- За любовь благодарим покорно, Петр Степаныч, за доброе ваше слово,- с полным поклоном сказала мать Таисея.- Да вот что, мои дорогие, за хлопотами да за службой путем-то я с вами еще не побеседовала, письма-то едва прочитать удосужилась... Не зайдете ль ко мне в келью чайку испить - потолковали б о делах-то...
- Со всяким нашим удовольствием,- ответил Петр Степаныч.- Пойдем,прибавил он, обращаясь к товарищу.
- Пожалуй,- равнодушно отозвался тот.