— Нет. Вы на царя восстали, Лунин, а ведь ваш папа — тот же царь; из царства в папство — из огня да в полымя. Когда Наполеон с Пием VII из-за власти над церковью спорили, знаете, что сказал царь: «я и сам папа!» Так не все ли равно, папа — царь или царь — папа?
— Это как у Скаррона, что ли:
Don Pascal Zapata,
Ou Zapata Pascal: il n’importe guère,
Que Pascal soit devant ou qu’il soit derrière? — [83]
вдруг засмеялся Лунин своим пронзительным хохотом.
— Вот именно, — согласился Голицын: — царь и папа — обратно-подобны, как две руки…
Лунин перестал смеяться так же внезапно, как начал.
— Чьи же это руки?
— Не того ли, — ответил Голицын, — о ком апостолу Петру сказано: другой препояшет тебя и поведет, куда не хочешь?