Димитрий. А если я другой! Меня, меня б ты не любила? Отвечай!
Марина молчит.
Димитрий. Молчишь? Так знай же: твой Димитрий давно погиб, зарыт и не воскреснет.
Марина (тоже встает). А кто же ты?
Димитрий. Кто бы ни был, — я не он. (Марина закрывает лицо руками). Но кто бы ни был я, стоящий пред тобою, я тот, кого избрала ты и для кого была единою святыней… Решай теперь… Я жду!
Падает перед ней на колени. Марина открывает лицо и делает шаг назад.
Марина. Встань. Я видела немало панов ясновельможных и рыцарей коленопреклоненных. И отвергала их мольбы не для того, чтобы неведомый…
Димитрий (вскакивает). Довольно! Вижу, вижу! Стыдишься ты не царственной любви! Ты шла сюда к царевичу, наследнику престола, любила мертвеца. Я с ним делиться не хочу. А любви живого — ты не достойна. Прощай.
Марина. Все выболтал, признался… для чего? Кто требовал твоих признаний, глупый? Уж если предо мною так легко ты обличаешь свой позор, не диво, коль пойдешь болтать и каяться пред всеми.
Димитрий. В чем каяться? Кому? Тебе одной моя любовь открыла тайну.