— За то, что призрел Бог на Авелев дар, а Каинов отверг.
— А отверг за что?
— Этого никто не знает.
— Ну вот, так всегда: главного никто не знает. А ведь с этого-то все и началось. Скверно началось — скверно, должно быть, и кончится… Говори же, Авель, с чем пришел?
— С доброю вестью, брат: ныне услышал Господь вопль Израиля. Скоро из Шэола выйдете, узники… Наби Нааман, ты пророк Божий, ты лучше моего знаешь все, — говори!
Нааман покачал головой, улыбаясь застенчиво:
— Э, полно, куда мне в пророки! Я человек несмышленый; вся-то мудрость наша котлы да кастрюльки лудить…
— Ничего, говори, Бог вразумит!
Старичок опустил глаза, помолчал; потом заговорил тихо, робко, видимо, повторяя чужие слова:
— Так говорит Господь Саваоф, Бог Израиля: укрепите ослабевшие руки и утвердите колена дрожащие, вот Бог ваш! Он придет и спасет вас; мышцею простертою и судами великими изведет народ Свой из Египта, из печи железной. И будет второй Исход больше первого, и больше Моисея — новый вождь Израиля.