Мержи встал ей навстречу и опустился на одно колено. Дама сделала шаг и произнесла нежным голосом:
— Dios es guarda, caballero. Sea Vuestra Mersed el bien Venido.[50]
Мержи сделал жест удивления:
— Habla Vuestra Mersed espanol?[51]
По-испански Мержи не говорил и понимал этот язык с трудом.
Дама казалась смущенной, она разрешила подвести себя к креслу, которое заняла, пригласив Мержи занять другое. Потом начала говорить по-французски и с сильным иностранным акцентом, который то был очень заметен, словно подчеркнут, а то совсем исчезал.
— Сударь, ваша огромная храбрость заставила меня забыть о сдержанности моего пола. Я жаждала совершенного рыцаря, и вот я вижу его перед собой именно таким, каким изображала его молва.
Мержи покраснел и поклонился.
— Неужели, сударыня, вы будете настолько жестокой, что оставите эту маску, которая, словно завистливая туча, прячет мое солнце. (Мержи выхватил эту фразу на память из какой-то книги, переведенной с испанского.)
— Сеньор, если я останусь удовлетворена вашей скромностью, вы не однажды увидите меня с открытым лицом. Но на сегодня ограничьте себя удовольствием беседовать со мной.