— Ни одна дробинка не коснулась ее.
— Вот это замечательно! Как я хотел бы иметь такую ладанку!
— Правда? И вы стали бы ее носить?
— Конечно, если ладанка защищает собаку, то тем более… Но в данную минуту, скажите правду, неужели еретик стоит собаки, разумеется, католической собаки?
Не слушая его, госпожа Тюржис быстро расстегивала пуговицы на груди. Она достала маленькую, совершенно плоскую золотую коробку на черной ленте.
— Возьмите, — сказала она, — вы обещали мне ее носить и когда-нибудь вы вернете ее.
— Если я смогу, конечно.
— Но, послушайте, вы будете ее беречь, не допустите никаких кощунств, вы будете тщательно ее хранить?
— Она от вас, сударыня.
Она передала ему ладанку, которую он принял и надел на шею.