Обпилил бархатной пилой все поверхности, поковка заиграла, заблестела — зайчики забегали по полу, и хотя ты знаешь, что в одном месте наврал, а всё-таки надеешься, что при такой красоте ошибка проскочит незаметно.
Митя оттягивал тот момент, когда следовало проверить свою работу угольником.
Он еще и еще раз легонечко проводил наждаком, добиваясь немыслимой гладкости. Потом, наконец, вынимал из кармана угольник и, приставив его к поверхности, смотрел на свет.
Зазор.
Как ни верти, как ни пристраивай угольник, а зазор бьет в глаза.
Митя пытался прикрыть его в одном месте, но он выскакивал в другом. Он даже как будто рос на глазах, это уже огромная щель, а не зазор, и кажется, что из этой щели дует.
Угольник неподкупен. Его не обманешь красотой.
Теперь и Мите поковка уже не казалась красивой. «Дрянь поковка, самая обыкновенная дрянь. Вырядилась, выпялилась и думает, что обманет. А вот я сейчас сдеру с тебя драчовой пилой всю твою красоту, тогда узнаешь, как обманывать».
Без сожаления он зажал ее в тиски и всем телом налег на ручку.
Рраз! Ага, запищала!..