— Нет, Дороти.
Услышав такой ответ, она замолчала. Это был ужасный удар, поразивший ее сильнее, чем свидание с отцом, потерянным и вновь обретенным. Через несколько мгновений случилась необычайная вещь. Дороти никогда не плакала, но теперь горячая волна слез хлынула из сердца к глазам, и крупные горячие капли потекли по ее щечкам и стали падать на холодное лицо несчастного. Они потрясли его до глубины души. Больной открыл глаза и посмотрел на Дороти.
— О чем ты плачешь, моя козочка?
— О тебе. Папочка, ты должен сделать так, чтобы у тебя было чистое сердце!
Она все еще обнимала отца, но в то же время в ее голове пролетал рой быстрых мыслей, она лихорадочно искала возможности спасти душу отца. Каким-то непостижимым образом, интуитивно она начала понимать, что нужно сделать.
— Ты хочешь увидеть своего папу? — вдруг спросила она. — Ведь мой дедушка — твой папочка, правда?
— Он не захочет прийти ко мне, моя маленькая прелесть. Я блудный сын, который не раскаялся.
— Я ничегошеньки не понимаю. Если ты хочешь видеть дедулю, он приедет, потому что я привезу его.
— Не сможешь. Даже ты не сможешь сделать этого.
— Не смогу? Плохо же ты меня знаешь. Пусти, я скоро вернусь.