Он упал на колени подле Дороти и взял руку умирающего.
— Роджер, я здесь.
Даже голосок маленькой Дороти не мог заставить вполне очнуться человека, стоявшего на рубеже вечности; но звук другого голоса, знакомого с детских дней, прояснил его взгляд. Бедный Роджер широко открыл глаза и посмотрел прямо в лицо отца.
— Да, да, — прошептал он, — это я разбил стекло в раме, прости меня. Я боялся признаться в этом до сегодняшнего дня. Я разбил его нечаянно, я не думал, что крикетный мячик полетит в ту сторону…
— Роджер, мой бедный мальчик!
Глаза умирающего блеснули.
— Как? Это действительно ты, отец?
— Да, да, это я. Я с тобой.
— Я всегда приносил тебе только неприятности, — сказал младший Роджер.
— Ты дал мне счастье и благословение моей жизни. Твою дочь, — проговорил старик.