— Конечно, можете, — ответила мама, вопросительно поглядывая то на меня, то на Джулию.
— Благодарю вас. Пойдемте, Маргарет.
Она взяла меня под руку, и мы вдвоем прошли по широкому коридору в нашу библиотеку. Лампы были уже погашены, так как прислуга готовилась запирать дом на ночь. Но Джулия вынула из своего кармана коробку спичек и зажгла большую лампу, висевшую как раз посередине комнаты.
— Зачем вы зажигаете лампу? — спросила я. — Не надо!
— Напротив, — возразила она, — я хочу видеть ваше лицо.
В эту минуту у меня явилось сильнейшее желание уйти, но сознание, что я полностью нахожусь в ее власти, остановило меня.
— Я видела вас сегодня в беседке, — начала она, — и вы, разумеется, это знаете.
— Да, знаю, — согласилась я.
— Так вот скажите мне, пожалуйста, что все это значит и как вы сами оцениваете свой поступок?
В первую минуту я была готова сказать: «Я знаю, что поступила дурно, и стыжусь своего поступка», но из упрямства не хотела признать себя виноватой и плотно сжала губы.