— О, — вскричал Джек, — вот так потеха! Что же, я должен нарядиться цыганкой?
— Да, Джек, — вмешалась я. — Ты будешь очень хорошенькой цыганкой, у тебя такие выразительные глаза!
— Из этого, однако, не следует, что мистер Джек может слишком много возомнить о себе, — заметила Джулия, — хотя мне действительно кажется, что эта роль очень ему подойдет.
— Послушай, Мэгги, — начал Джек, когда мы с ним вдвоем гуляли по лесу, — какие эти приезжие девицы веселые и интересные, они мне чрезвычайно нравятся. Эта маленькая американка, Джулия, просто красавица. Ты знаешь, что я, собственно говоря, не особенно-то жалую девчонок и считаю их ужасно надоедливыми, но эта Джулия — прелесть что за девушка! В ней нет никакого жеманства, и она такая остроумная.
— И Адель, вероятно, тоже тебе нравится?
— Да, и она, и остальные девицы; в каждой из них есть что-то привлекательное. Но что с тобой, Мэгги? У тебя такое странное выражение лица…
— Ах, пустяки! Решительно ничего.
Джек пристально посмотрел на меня.
— Нет, я подмечаю в тебе что-то новое. Да ты, кажется, просто ревнуешь! Ну, ты это лучше брось, Мэгги. Разумеется, ты всегда у меня будешь номером первым. Ведь ты же моя родная сестра и все такое прочее. Но все-таки мне очень нравятся эти американки! Мы тут с ними обязательно затеем какие-нибудь штуки, чтобы повеселее провести время моих каникул. Ну и довольно про них. Я хотел спросить тебя, почему ты тогда так долго не высылала мне деньги, я ведь их ждал с первой почтой? Я мог бы из-за тебя вляпаться в очень неприятную историю.
— Прости, Джек, но у меня не было возможности их выслать раньше.