Генерал молча рассматривал стоявшего перед ним Нурбаева. Молодцеватый, подтянутый, смуглый сержант понравился комдиву.
- Вот что, геркулес,- заговорил комдив.- Запомни мое слово: бить пленных кулаками категорически запрещаю. В крайнем случае, если пленный сопротивляться будет, бей из автомата. Авось какой и выживет. Пуля-то, видно, полегче твоего кулака. Как твоя фамилия?
- Командир отделения сержант Нурбаев.
- Ну, будем знакомы, сержант Нурбаев. Помни мои слова, а я тебя запомню… нервного.
Весь этот эпизод промелькнул сейчас в голове Чернова. Случайно оказавшийся свидетелем этого происшествия, Чернов, возвратившись в полк, добился перевода Нурбаева из стрелковой роты к себе в разведку. До сих пор командир третьей стрелковой роты лейтенант Нескучный не мог простить Чернову, что он взял у него из подразделения лучшего сержанта.
«Да и в самом деле, ребятки у меня все на подбор,- подумал Чернов.- С такими |на любое дело идти не страшно…»
Неожиданно совсем рядом послышалась негромкая немецкая речь. Разведчики замерли в траве. Прошла томительная минута. «Напоролись прямо на охранение,- подумал Чернов.- Но ведь вчера оно было гораздо левее. Почему же немцы его передвинули?» Вблизи снова раздался спокойный чужой голос,- немец, видимо, отдал своему подчиненному какое-то приказание. Враги, должно быть, никак не думали, что в эту тихую ночь русские отважатся на вылазку, и чувствовали себя уверенно. Чернов осторожно тронул Белова за ногу, давая сигнал для дальнейшего движения, и разведчики бесшумно заскользили вперед.
Где-то впереди, в туманной темноте августовской ночи, проходил передний край немцев. Еще днем с наблюдательного пункта артиллерии Чернов облюбовал для перехода через линию фронта небольшую, заросшую высокой травой лощинку с левой стороны молодой еловой посадки. Минут через двадцать группа была у этой лощинки, сплошь залитой густым молочно-белым туманом.
Нырнув в лощину и сразу же утонув в сырой белой мгле, разведчики осторожно пошли в полный рост, короткой цепочкой, след в след, так называемой «волчьей стежкой». Бесконечно долго тянулась эта лощина. Туман скрывал все, что находилось дальше полутора метров от глаз. А ведь где-то здесь, буквально в нескольких шагах, должен был находиться передний край немцев.
