- По данным, полученным от Чернова, немцы предполагают начать в 5.00. Мы их опередили. Через пятнадцать минут начнем артподготовку. В батальонах был? Задачу знают все? Смотри, в 6.00 пойдут наши танки.
И, не дожидаясь ответа, повернулся и стал спускаться в блиндаж.
В блиндаже было чадно от двух коптящих лампочек. Здесь, в узком и длинном помещении, находилась вся ячейка управления.
- Продолжайте заниматься своим делом, - сказал генерал вскочившим офицерам и, пройдя в глубь блиндажа, сел на предложенный ему венский стул, неизвестно какими путями попавший на (наблюдательный пункт гвардейского полка.
Было тихо. Тянулись те томительные минуты перед началом боя, когда уже все сделано и проверено десятки раз, и остается только ждать и смотреть на часы, удивляясь, как медленно течет время.
Но сидеть, ничего не делая, в присутствии генерала офицерам было неловко. Люди снова, - в который уж раз! - взялись каждый за свое дело. Начальник штаба склонился над знакомой, изученной до мельчайших штрихов, картой. Инженер что-то стал вполголоса объяснять командиру саперного взвода. Начальник разведки, потоптавшись и не найдя подходящего занятия, протер стекла бинокля и вышел из блиндажа наружу.
Генерал сидел молча, разминая в руках вытащенную из портсигара папиросу. В его прищуренных глазах пряталась ласковая, с хитрецой, усмешка. Его ли, почти тридцать лет прослужившего в армии, бывшего командира конной разведки в дивизии Щорса, могла обмануть эта -ненужная суета? Именно спокойствие, царившее в блиндаже перед приходом генерала, убедило его в том, что люди сделали все возможное, чтобы обеспечить успех предстоящего боя.
В углу блиндажа, у самого входа, у аппарата сидел телефонист. В тишине он непрерывно бубнил хриплым, простуженным басом:
- Зефир! Зефир! Ты слышишь меня? Это я, Тюльпан! Тюльпан, говорю, я! Ты слышишь меня, Зефир?! Эго я, Тюльпан. Как у вас там? Спокойно, говоришь? Ну и хорошо! Это я связь поверяю.
Переждав полминуты, телефонист начинал снова:- Роза! Роза! Как ты меня слышишь?! Это я, Тюльпан! Поверка! Как слышишь меня?