Я пыталась для видимости защищаться.
Вдруг он тихонько закрыл мне рукой рот:
— Замолчи!..
И швырнул меня на постель…
— О! как от тебя хорошо пахнет! — прошептал он… — Маленькая дрянь, ты пахнешь, как маменька…
В это утро барыня была со мной необыкновенно любезна…
— Я очень довольна вашей службой, — сказала она… — Мэри, я вам набавляю десять франков.
— Если каждый раз она мне будет прибавлять по десяти франков? — подумала я… — Недурно… Это как то приличнее…
Ах! когда все это вспомнишь… Я тоже могу сказать, что «сыта по горло»…
Страсть, или вернее увлечение г. Ксавье, продолжалась недолго. Он скоро пресытился «по горло». С другой стороны, мне не удалось ни на одну минуту привязать его к дому. Часто, входя утром в его комнату, я находила постель пустой и одеяло нетронутым. Г. Ксавье не возвращался с вечера. Кухарка хорошо его знала и верно сказала о нем: «он больше любит кокоток, этот мальчик…» Он предавался, как и прежде, своим обычным удовольствиям, развлечениям, кутежам… В эти утра я испытывала мучительную тягость в сердце и весь день ходила печальная и грустная…