Ее кожа дрожала. Потом кризис понемногу ослабел. Мускулы сделались мягче, приняли свое положение, и она обессилела, а глаза ее были полны слез.
В течение нескольких минут она плакала, плакала… Слезы текли из ее глаз безостановочно и бесшумно, как из источника.
— Кончено! — сказала Ки-Пай. — Можете говорить с ней.
Ее рука, совершенно мягкая, слабая, горела в моей руке. Ее все еще бессмысленные глаза блуждали и старались различить предметы вокруг себя. Она, казалось, просыпалась от долгого, мучительного сна.
— Клара! милая Клара! — шептал я.
Она долго, сквозь слезы, туманными глазами смотрела на меня.
— Ты! — произнесла она. — Ты! Ах! Да…
Голос ее почти был не слышен.
— Это я, это я!.. Клара, я здесь… Ты узнаешь меня?
Она слегка зарыдала и пробормотала: