– Нет еще, – сказала она насколько могла спокойнее, несмотря на стоявший в горле комок, – но скоро приедем. Сюда забрела корова, и теперь для тебя и для маленького будет молоко.
– Несчастный малютка… – прошептала Мелани. Рука ее потянулась было к младенцу и тут же бессильно упала.
Чтобы снова взобраться на козлы, потребовалось немало усилий, по наконец Скарлетт справилась и с этой задачей и взяла вожжи. Лошадь стояла, свесив голову, и не трогалась с места. Скарлетт безжалостно стегнула ее хворостиной. «Бог меня простит, – промелькнуло у нее в голове, – за то, что я бью это измученное животное. А не простит, что поделаешь». В конце концов, до Тары осталось каких-нибудь четверть мили, а там лошадь может тут же лечь хоть прямо в оглоблях.
Наконец лошадь медленно тронулась с места, повозка заскрипела, а корова при каждом шаге издавала горестное мычание. Голос несчастного животного так действовал Скарлетт на нервы, что она уже готова была остановить повозку и отвязать корову. Какой, в конце концов, толк от коровы, если они не найдут ни одной живой души на плантации? Сама она не умела доить, да если бы и умела, разве корова подпустит сейчас к своему больному, набухшему вымени! Нет, раз у нее есть корова, надо ее сохранить. Быть может, это единственное, что принадлежит ей на всей земле.
Глаза Скарлетт затуманились, когда они приблизились к невысокому пологому холму, за которым лежала Тара. И тут сердце ее упало. Околевающему животному никак, конечно, не одолеть подъема на холм. Когда-то этот склон казался ей таким пологим, подъем таким легким – она галопом взлетала на холм на своей быстроногой кобыле. Откуда взялась теперь эта крутизна? Лошадь нипочем не потянет наверх груженую повозку.
Она устало слезла с козел и взяла лошадь под уздцы.
– Вылезай, Присси, – скомандовала она, – и бери Уэйда! Неси его или заставь идти. А маленького положи возле мисс Мелани.
Уэйд засопел носом, расхныкался, и Скарлетт с трудом разобрала:
– Темно… Я боюсь… Темно…
– Мисс Скарлетт, я не могу пешком, ноги стерты. Пальцы вон из башмаков вылезают… От меня с Уэйдом какая тяжесть…