— Вот теперь все правильно, — сказала она: — я узнаю в тебе моего избавителя.
И они уехали в ее королевство, где поженились и зажили очень счастливо.
А злые принцы — эти получили по заслугам: их привязали к хвостам диких лошадей и пустили в поле.
— Опять повторяется число «три»! — сказала Эмилия. — В каждой сказке! Всё обязательно по три! У короля обязательно три сына, два плохих и один хороший. И хороший всегда самый маленький.
— И наказание для плохих одно и то же, — прибавила Носишка: — их привязывают к хвостам лошадей или ослов. Это очень жестокое наказание.
— Ничего не поделаешь, — ответила дона Бента, — сказки эти всё старинные, а в те времена именно так и наказывали. Если бы эти сказки были придуманы в наше время, то в них не было бы никаких привязываний к лошадиному хвосту. Народная память очень стойкая, она сохранила сказки, которые рассказывались еще в средние века.
— Но если рассказчики переделывают сказки, — сказал Педринью, — зачем же они сохранили все эти жестокости?
— Изменения относятся только к отдельным деталям. Основное содержание остается неизменным. Оттого-то появляется столько принцев, королей и диких ослов, — пояснила дона Бента.
— А драконы и волшебства разные?
— Тоже из средних веков. Многие истории и сказки, которые рассказывает наш народ, пришли к нам из Европы вместе с португальскими завоевателями, — пришли и зажили новой жизнью. Народ, особенно в деревне, на плантациях, подхватил их и стал передавать из уст в уста, переделывая по-своему. Так, рядом с негритянскими и индейскими сказками появляются в бразильском фольклоре европейские сюжеты. Ведь в народе так принято: услышат, расскажут другому — и от отца к сыну, словно бусы нанизывают...