– Так это вы женитесь на Розали?
Крестьянин оторопел: его, привыкшего к нормандскому лукавству, смутила прямота вопроса. Он ответил опасливо, хотя и более твердым тоном:
– Это смотря как; быть может, да, а быть может, и нет, смотря как.
Но барона взбесили его увертки.
– Черт побери! Да отвечайте прямо: для этого вы пришли сюда или нет? Берете вы ее или нет?
Парень в смущении упорно разглядывал собственные ноги.
– Если все обстоит так, как говорил господин кюре, я беру, а если так, как говорил мне господин Жюльен, – не беру.
– А что вам говорил господин Жюльен?
– Господин Жюльен сказал, что я получу тысячу пятьсот франков, а господин кюре говорил, что мне дадут двадцать тысяч; ну так я согласен за двадцать тысяч, но не согласен за тысячу пятьсот.
Баронессу, покоившуюся в кресле, начинала забавлять боязливая мина крестьянина. Последний искоса поглядывал на нее недовольным взглядом, не понимая ее веселости, и продолжал выжидать.