Барон, которому надоел этот торг, сразу разрешил дело:
– Я сказал господину кюре, что вы получите в пожизненное владение барвильскую ферму, которая перейдет к вашему ребенку. Она стоит двадцать тысяч франков. Я не изменю своему слову. Итак, да или нет?
Крестьянин улыбнулся с покорным и удовлетворенным видом и неожиданно сделался болтлив:
– Раз так, я не отказываюсь. За этим только и была задержка. Когда господин кюре говорил мне об этом деле, я мигом согласился, черт возьми, да и, кроме того, мне хотелось угодить господину барону, который уж сумеет вознаградить меня: так я и сказал себе. Ведь правда же, что когда люди делают одолжение друг другу, то рано или поздно они всегда сумеют сосчитаться и отблагодарить друг друга? Но господин Жюльен пришел ко мне, и оказалось, что это всего-навсего тысяча пятьсот. Я и подумал: «Надо посмотреть», – и вот я пришел. Не то чтоб я не доверял, нет, а просто хотел узнать. Счет дружбы не портит, не так ли, господин барон…
Чтобы его остановить, барон спросил:
– Когда же вы предполагаете заключить брак?
Крестьянин мгновенно сделался опять нерешительным и полным сомнений. Наконец он сказал, запинаясь:
– А разве мы не составим наперед маленькой бумажки?
Тут барон вскипел:
– Да черт подери, у вас же будет брачное свидетельство. Это самая лучшая из бумажек.