Сидели как-то за обедом на траве. Вдруг шум поднялся. Сбежались зеленые. Видят — под ручки человечка в пиджачишке держат, обыскивают его, а у него с носа пот каплет. Зеленый его — кулаком в подбородок:
— Халява! От провала он бежал! А сам к штабу прибился, Жмудю в помощники прицепился. Ну-у, не вертись, как кобыла!.. Адресочки записывать?
Начал шарить по карманам пиджака. Вытащил записную книжку:
— Вот она! В нее он по-секрету в кустах что-то писал!
Отвели его в штаб, сдали вместе с книжечкой командиру Тарасову. Тут же и Горчаков и Жмудь сидят. Проверили книжечку, а в ней адреса зеленых.
Повели его в кусты, подальше, чтобы воздуха не портил и чтоб волки поскорее убрали его, и там пристрелили.
Потом вспомнили, что жена его неподалеку на хуторе — послали к ней с обыском. Нашли у нее его письма. Хвалился он, что ему доверяют: «Будь уверена — все благополучно».
Тут и поднялось… Вскочил зеленый в английском, двинул кулаком в воздух:
— Товарищи, да что же это такое? Нынче шпика расстреляли, Коробченко-провокатор, про Воловина и Хмурого одна слава плетется, четвертую группу разгромили. Чего же мы ждем? Пока вырежут нас? Почему не помогаем Красной армии, когда белые на Москву пошли? Дать этому Тарасову коленом под зад! Другого командира!
— Уходить отсюда надо!