— Под Абрау: там шоссе ближе, нападать на белых будем!
— На Кубань! Там гарнизоны, жратвы много! А тут горы да щели!
И загалдели, сошлись в стадо, руками размахивают, на группы разбиваются. Анапцев было больше половины, так они сговорились тайком обезоружить пятую группу: в ней-де шпиков полно. А зеленые из пятой узнали об этом — и к винтовкам:
— Раз нет доверия — расходись! Все-равно вместе не сидеть!
Анапцы — тоже за винтовки. Сходятся толпа на толпу, ругаются. Иной прикладом размахнется, будто ударить собирается, а со стороны и взвизгнет кто: «Товарищи, бьют!» — и полыхнет огнем, вот-вот в штыковую друг на друга пойдут…
Выскочили на средину командиры: тут и Тарасов, и Горчаков; и бродило бородатое Узленко тут, из молодых глаз сталью мечет:
— Расходись по-мирному! Делить будем добро!
Кое-как поделили продукты, патроны, барахлишко — и разошлись. Анапцы по-секрету выбрали ущелье неподалеку, около Сукко, а пятая ушла под Абрау.
Только разошлись — облава нагрянула. Видно, решили белые, что пора и пятую громить, да запоздали. Из Анапы пароход «Утриш» пришел, начал садить по горам из орудий. Попугали рыбаков, перепороли. Кое-кого из зеленых прихватили — расстреляли.