«Я на бочке сижу да слезы капают,
Никто замуж не берет, а только лапают…»
А Узленко опомнился и кричит:
— Расстреляйте меня, но не сегодня, а потом, если будет плохо! Но я уверяю — хорошо будет.
Собравшиеся уходить заколебались. Но один зеленый да еще партийный остался верен Хмурому:
— За мной! — и побрел шелудивой овцой, у которой черви мозг проели… Никто за ним не последовал.
Узленко вскинул винтовку — и вдогонку выстрелил: «Проваливай, сволочь!».
Но накануне ушло 20 человек. Что ж, потерявшие веру ушли… Когда остаются сильные духом, у них прорывается энергия.
Горчаков взывает:
— Завтра же идем в налет! На Кабардинку, на Кубань, на Сукко! Пусть думают белые, что нас не триста, а тысяча, не один отряд, а десять!