Но без него нельзя было обойтись. Хищные нравы местных зверей и насекомых оно все же немного утихомиривало, а ядовитые лишайники и прочую агрессивную флору как бы усыпляло.
Общение со зверями было, однако, приятнее. При некоторой сноровке крупного хищника легко подстрелить. А. вот иные растения имели дурную наклонность проникать в легкие и разрастаться там в комковатую массу до полного паралича дыхания.
Колонизация Шестого острова только началась и он пока выглядел просто больным. Джунгли утратили живую зелень. Растения обвисли серыми плетями, лишь изредка сонно шевелившимися. Сэма разбирало любопытство, хотелось рассмотреть их поближе.
— В кабине есть еще один бинокль, — подсказал Хейл.
Джунгли и люди скачком приблизились. Сэма заинтересовало что-то новое в движениях и манерах колонистов. Необычные для жителей Куполов живость и энергия читались в лицах и жестах людей побережья. Джунгли он осмотрел лишь поверхностно, прежде всего и всерьез его интересовали люди. Он очень часто обдумывал, какое именно качество колонистов может пригодиться лично ему, Сэму Риду.
Никогда еще люди Венеры не были так довольны своей работой. С непривычки к тяжелому труду болели их мышцы, пот разъедал тело под герметичными комбинезонами. Смерть, страшная и мучительная, могла настигнуть их с любым вздохом, с каждым движением. Но они были счастливы. Работа отбирала у них всю энергию, не оставляя времени ни для чего другого, но люди видели плоды своих трудов. Они вносили порядок в плотоядный хаос и считали это занятие единственно достойным человека. Они слишком долго были лишены счастья физического труда. Рано или поздно удовольствие от тяжелой работы сменится усталостью и раздражением… Но сейчас Сэм не хотел об этом думать.
Он заметил, что Хейл украдкой из-под бинокля внимательно рассматривает его.
Сэм резко спросил:
— Хейл, как нам быть с Харкерами?
Хейл приказал что-то в микрофон, махая рукой в сторону невидимой дробилки. Затем обернулся к Сэму.