Санька подошел к табуну.
Лошади с мерным хрустом жевали влажную траву, точно зубрили урок.
Недалеко два палевых голенастых сосунка, вздрагивая и суча ногами, торопливо сосали мать.
Лиска, по обыкновению, ходила в стороне от других лошадей и косила глазом в поле, прикидывая, как бы незаметно улизнуть поближе к хлебам.
Санька отыскал Муромца и потрепал его по вздрагивающей бугристой шее.
Тот, не отрываясь от травы, лениво повел лиловым прозрачным глазом, словно хотел сказать: «Видишь, завтракаю… И не мешай, сделай милость».
Но Санька не обиделся. Ведь это на нем Санька впервые обучался ездить верхом. Бывало, упадет с него на всем скаку, а Муромец стоит и ждет, когда Санька отлежится и вновь взберется на его спину.
А сколько возов сена, снопов хлеба, картошки перевезли они с Муромцем для колхоза!
Санька развязал вещевой мешок, отломил полкаравая хлеба и положил перед Муромцем.
Затем его потянуло к кузнице. Петька поморщился и посмотрел на солнце.