Ты связуешь сердца неразрывными узами сочувствия!
Ты облегчаешь беды и горести! Ты возвеличиваешь счастие их и веселие!
Что может заменить тебя? Престолы и скиптры в глазах твоих ничтожны; власть и могущество, обладание целою вселенною не тронут сердца, тобою полного!
Что же может противиться тебе, любовь всесильная?
Ничто! Встретит ли тебя свирепость кровожадная, власть ли тиранства воспретит тебе, гроб ли мрачный прострет к тебе свои хладные объятия: ты встретишь их со вздохом сердечным, с слезою блестящего и останешься победительницей».
Зюлима умолкли; по изумление господствовало, молчание царствовало.
Батыи в восторге души своей простер к пей руку свою; Зюлима облобызала ее с детскою нежностию и преклонила колена.
«Что хочешь, Зюлима?» — вопросил он с величием.
Зюлима смежила взоры свои и склонила к персям главу свою.
«Сокровища мои у ног твоих, полцарства моего тебе да поклонится, да познают в тебе свою повелительницу», — вешал Батый, поднимая ее в свои объятия.