— Горрит… Горрит… — хрипло проговорил тот, остановясь на ней воспалённым взглядом.
— Где горит? — и она положила ему на горячий лоб свою красивую, маленькую руку.
Солдат мало-помалу стал успокаиваться. Глаза его приняли сознательное выражение…
— Где горит?..
— В груди… Испить бы…
Нина взяла кружку, выжала туда лимон, налила воды, приподняла одной рукой голову раненого, а другою поднесла к его губам питьё. Он жадно припал к нему… Пот выступал у него на лбу…
— Буде… — отвалился он. — Спасибо… Дай тебе Бог, что солдату послужить пришла…
Глаза его стали смыкаться… Нина подоткнула вокруг постели сбившееся одеяло, поудобнее положила его голову и села рядом. Через несколько минут раненый задышал ровно и спокойно… Она ещё подождала, пока издали не послышалось:
— Барышня! Нина Степановна!..
— Что тебе, Спиридон?..