Пустынная вершина Голгофы… три креста на ней… Посреди распят Тот, единый вздох Которого мог бы уничтожить все сущие миры и вселенные… И Он мучится как человек… И в последние мгновения, когда страдания Его не имеют предела, побледневшими от невыносимой боли устами Он оставляет человечеству вечный завет Свой: «Прости им, Господи, не ведят бо, что творят!» Елисуец сидел весь бледный. Он грозно смотрел вдаль разгоревшися глазами, до половины вынутый кинжал так и застыл в его руке.
— И Он умер?.. Как разбойники около умер?..
— Умер… и в третий день воскрес.
— Воскрес?.. Это всё в книгах есть, что Он воскрес?
— Да, да, Амед — есть.
— Как хорошо! И воскрес, и показался людям?.. Его видели, — ты говоришь?.. И многие его видели?.. Долго?.. И днём видели, и ночью?
— Да, видели и его ученики, и другие.
— Видели живого? Он говорил с ними, с учениками, со всеми, кто в него веровал?
— Да, один между ними был недоверчивый… Христос показал ему раны Свои.
— Исса — великий пророк…