Коляску тотчас поставили в сарай, а свою шляпу Пепинка спрятала в кладовку в том же виде, в каком и взяла ее оттуда. Затем она разложила все, что привезла с собой, и раздала подарки. Бара получила от Пепинки красивые ленты для юбки и для кос, а от Элшки — кораллы.
У Элшки появилось много красивых платьев, но они не так ее украшали, как чистое, неиспорченное сердце, которое она привезла обратно из Праги. Она не изменилась.
— Ах, Бара, как ты выросла! — воскликнула Элшка, как только она смогла поговорить с подругой и осмотреть ее со всех сторон: Бара была на целую голову выше Элшки.
— А вы, Элшка, все такая же хорошая, как и были, только еще красивей стали. Если бы это было не грешно, я бы сказала, что вы похожи на деву Марию на нашем алтаре.
— Ну тебя, что ты говоришь? — укорила ее Элшка, но не строго.— Ты мне просто льстишь.
— Боже сохрани, я говорю то, что подсказывает мне сердце. Я глаз от вас не могу отвести,— откровенно сказала Бара.
— Милая Бара, побывать бы тебе в Праге, вот где много красивых девушек!
— Еще красивее вас? — удивилась Бара.
— Конечно, красивее,— вздохнула Элшка.
— А люди в Праге хорошие? Там красиво? Вам там понравилось? — помолчав немного, спросила Бара.