«Где же Авдотья? Не Степан ли приехал? Нет, я бы знал про это. Где же она?»
Скрипнула дверь, Авдотья задержалась у порога: обметала веником снег с валенок.
— Чего поздно ходишь?
— Задержалась.
Он сузил глаза: — Или опять свинья поросилась?
Она едва глянула на него и на ходу бросила горько и насмешливо:
— Нет… Бык отелился…
Не останавливаясь, она прошла в горницу.
Он замер на месте, ошеломленный ее независимым видом и непонятным, горько-презрительным тоном. Он не понял, что и как с ней случилось, он понял одно — она была чужая.
Долго сидел он за дощатым столом в пустой комнате.