— Ступай, мой друг, ступай!..
Ольга Дмитриевна вышла вон из комнаты.
— Ах, Господи, — прошептал Максим Петрович, — как ее вдруг перевернуло!.. Эх, любезный!
— А что? — спросил Рокотов.
— Как можно этак… вдруг… не говоря доброго
слова…
— Нет, доброе-то слово я сказал, посмотри, что будет!.. Да пойдем отсюда.
— Андрюшка, — молвил Максим Петрович, — ступай, проведай барышню — что она?
— Да что ты тревожишься? — продолжал Лаврентий Никитич, когда они вошли в гостиную. — Эка важность!.. Ну, поплачет денек, много другой — вот и все.
— Бедненькая!.. Эх, сестра, сгубила ты мою Ольгу Дмитриевну!