Из-под капота послышался молодой голос:
— Василий Александрович, не беспокойтесь! Пока я своей старушке подправлю здоровье, он подъедет. Эту ж старушку забраковали фронтовики. А там знают, что забраковать. У нее к чему ни притронься, все болит!
Миша и Гаврик переглянулись и согласились, что шофер шутлив и находчив.
— Подойдем к нему? — вставая, сказал Гаврик.
— Может быть, ключ, молот, швайку надо принести из кабины? — подсказал Миша.
Ребята, наверное, договорились бы, чем и как надо помочь шоферу, и, наверное, пошли бы помогать ему, как они не раз помогали и трактористам и шоферам, но до кургана с холодной ветровой струей донеслась песня. В ней переплетались простуженные женские голоса с певучими трелями баяна. Василий Александрович и Иван Никитич вытянулись. Ребята догадались, что с бугорка они уже видят появившийся на грейдере обоз.
Скоро обоз стал виден и ребятам. Встречные грузовики давали ему дорогу. Мише и Гаврику казалось, что обоз двигается очень быстро, так как им приходилось то и дело отлучаться и подворачивать разбредавшихся коров. Они видели, что старый плотник, жуя морщинистые губы, считал подводы. А Василий Александрович, уже подсчитав их, гордо говорил:
— Вот посмотрите, что сделали люди от всего сердца!
Шофер на секунду высовывал из-под капота курчавую голову и, вытирая вспотевшие, запачканные маслом щеки, сожалеючи говорил:
— Из-за этой машины много хорошего не увидишь.