— А председателю? — скупо усмехнулся Тартакин.
— Воздержусь, — ответил Василий Александрович и опять стал писать в блокноте.
— Я знал, что воздержитесь. Даже когда мы на райисполкоме бьем фактически — отчитываемся по мероприятиям…
Выговаривая слово «мероприятия», он поворочал в своих карманах туго сжатыми кулаками.
Василий Александрович продолжал писать, а Тартакин скучно говорил ему:
— Ваше указание — в три дня собрать для пострадавших от войны трактор — мы выполнили… До срока выполнили ваше заданье по саженцам для разоренных войной. Фактического не переспоришь. Как энтузиасты, мы с заместителем все время наступали на пятки — он тракторной бригаде, а я садоводческой.
Василий Александрович медленно повернул голову, чтобы лучше видеть стоящего сзади Ивана Никитича, и спросил его:
— Товарищ Опенкин, ты когда-нибудь видел на пятки наступающих энтузиастов?
— Не довелось, — ответил старый плотник, сдерживая усмешку.
Секретарь райкома так весело засмеялся, что шофер, отнеся этот смех на свой счет, озабоченно проговорил: