— В школе вы научите своих товарищей тому, чему научились в дороге.
— Товарищи, дозвольте мне с Михайлой и с Гавриком доставить коров и лошадей по назначению, до последней точки направления! — крикнул Иван Никитич, поднимая шапку над головой.
— В добрый час!
— У всякой песни есть конец! — заговорили колхозники.
Через минуту Иван Никитич, Миша и Гаврик были на своих местах. Зазвенел колокольчик. Кони и стадо пошли под гору, а за ними тронулись и люди.
…Кровельщик с гривастой черной бородой все время находился на крыше, а старуха Варвара Нефедовна стояла внизу, около хаты, держа в одной руке большую палку, а другой — Нюську Мамченко.
Нефедовна, оплакивая убитого сына, стала слаба на глаза и настойчиво допытывалась у кровельщика:
— А теперь что видишь?
Прикладывая ладонь к глазам, кровельщик отвечал, как рапортовал:
— Теперь имеется движение к дому!