19. Ледяные колумбы
Очередь у „осьминога“ — утром, днем, вечером и ночью.
Жизнь на ледоколе течет, не придерживаясь этих земных условностей. В Ледовитом океане они были скоро забыты. Днем и ночью над раздираемым штормом морем колыхается одинаковая молочно-голубая мгла. За 77 градусом мгла не мешает дежурить у бинокля. Выйдя в любое время на палубу, можно увидеть расплывающиеся в тумане очертания приникших к осьминогу „ледяных колумбов“.
Каждому, особенно новичкам, хочется быть „ледяным колумбом“. Каждому хочется первому издать торжествующий крик:
— На горизонте — полярные льды!
Честное слово, хорошо быть колумбом даже по отношению к облизанной волнами Баренцова моря небольшой полярной льдине!
Только на спардеке сойдется несколько человек, — как начинаются ледяные диспуты.
— На 78 градусе мы обязательно встретим льды, — говорил Самойлович: — „Персей“ сейчас болтается на 30-м меридиане. Три недели назад „Персей“ ходил до 76 градусов. Льдов не было.
Шагающий, как всегда, от борта к борту Визе бросает:
— Трудно, трудно сказать. Погода зимой была ералашная. Не ледяной год. Норд-весты. А потом — штормы. Льды — разве на западе. Возможно, что мы, как Ле-Смит[45], пройдем к архипелагу чистой водой.