— Ол-райт, ол-райт, — отвечает Мещанинов.

Он долго плавал за границей. Ол-райт — его любимое присловье.

— Медвежьи почки есть, сэр!

ЗА ЛЕДЯНЫМ БАРЬЕРОМ

Полдень следующего дня принес большую неожиданность. Прорвавшись сквозь торосистое ледяное поле, „Седов“ вышел в открытое море. На горизонте рябились мелкой волной тяжелые зеленые воды северной части моря Баренца. Ледяной барьер, охраняющий архипелаг, остался позади.

— Открытое море, — довольно поглаживал начальник экспедиции профессор Шмидт свою пышную бороду. — Нам повезло. Нам улыбнулось хорошее счастье. Такие редкие льды бывают раз в десятилетие. Не многим, как шотландцу Ли-Смиту, удалось пройти к архипелагу чистой водой. Это было в 1880 году.

За 29 лет, в течение которых корабли пытались пройти на Землю Франца-Иосифа, это удалось сделать 26 раз. В среднем, по заключению проф. Визе, один из пяти навигационных периодов всегда бывает малодоступен. В эти годы на архипелаг пройти под силу только мощным ледоколам, могущим активно форсировать льды. На ряду с этим зарегистрировано однако несколько случаев, когда корабли доходили до архипелага по открытому морю, встречая только одинокие льдины.

Разрушенные постройки и следы предыдущих экспедиций на Земле Франца-Иосифа. Мыс Флора.

Шесть часов „Седов“ плыл по морю, тараня плывшие из неведомых просторов Арктики небольшие ледяные поля.