В проливах, Баренцевом море и море Виктории водятся моржи, морские зайцы, тюлени, нерпа и нарвалы.
На островах часто встречаются кости кита, истребленного теперь у островов архипелага почти совершенно.
Земля Франца-Иосифа — слабее всех исследованная часть европейского сектора Арктики. О целом ряде островов его ничего не известно. Люди их только видели издали.
* * *
Туман и… ослепительное солнце. Солнечные лучи, отражаясь в мельчайших водяных пылинках тумана, невыносимо раздражают сетчатку глаза. Этот красивый серебристый туман несет слепоту. В глазах сильная резь. Пришлось надеть лиловые очки. Сотни метров в этом тумане видно. Но дальше над льдами ничего не разглядишь. В таком тумане можно в одно мгновенье очутиться в ледяной ловушке.
В иллюминаторы носового кубрика опять глядится знакомый четырехугольный мыс из черного базальта. На восток от него сразу начинаются отвесные стены глетчера. Он вертикально обрывается в море. Скалы мыса исчерчены причудливыми желтыми и белыми пятнами. Пятна — слежавшийся в камень помет — гуано от сотен птичьих поколений.
Мы опять зацепили льды у Мак-Клинтока железными крючьями ледяных якорей.
Судовой доктор сегодня ночью убил краснозобую гагару. Эта птица, кажется, редкостна в этих широтах. Приехавший на шлюпке после обеда с Мак-Клинтока Савич сообщил, что он открыл новый вид арктического лишайника. Вот, кажется, все наши новости за последние сутки. Третья заключается в том, что доктор, в порыве охотничьего экстаза кинувшись за подстреленной краснозобой гагарой, провалился под лед пресного озерка. Дружными усилиями он был вытащен вместе со своим трофеем и торжественно доставлен на ледокол.
Это было у маленького островка. Он представляет собой унылую груду валунов, зажатых льдами. В разных местах его поверхности тают на валунах льдины. Их нагромоздило во время продвижек льда. Этот островок носит громкое имя земли Аагам. У берегов его мы простояли сегодня всю ночь. Туман и лед опять оттеснили нас к Мак-Клинтоку.
…В клубящейся серебристой пыли тумана исчезла маленькая чайка. Мне показалось, что спинка и грудь ее розового оттенка. Не редкая ли это розовая чайка, долго интересовавшая изучающих птиц специалистов-орнитологов всего мира таинственностью своего гнездовья? Это вполне возможно. Нансен обнаружил ведь, что ее родина — северные острова архипелага. Но возможно, что это галлюцинация, навеянная краснозобой гагарой доктора.