- Чем я хуже братьев? - говорит Эспен.- Зайцев пасти - дело не трудное. Лежи себе, полеживай, грейся на солнышке да по сторонам поглядывай. От такой работы грех отказаться.
- Да что ты, сынок! - говорит ему отец.- Не берись не за свое дело, не по тебе эта работа. За таким зверем, как заяц, не то что бегать - птицей летать надо. А ты, как муха, прилипшая к смоле, ползаешь. К ногам у тебя словно гири стопудовые привязаны. Зайца поймать - не то что блоху рукавицей убить. Пропадёшь ты, как пропали твои старшие братья. Лучше бы ты дома сидел. А работа и здесь найдётся.
Но Эспен и слушать отца не стал. Не долго думая вскинул он дорожный мешок за плечи и отправился в путь.
Шёл он, шёл и порядком проголодался. Вдруг видит - у дороги стоит пень.
'Вот сяду я на этот пенёчек да и подкреплюсь немного',- думает Эспен.
Подходит - что за диво! - старуха носом в пень вросла.
- Добрый день, бабушка! - говорит Эспен.- Что это ты тут стоишь? Носик свой точишь?
- Какое там - нос точу! Хотела я себе щепок наколоть, обед сготовить,- говорит старуха,- да и попала невзначай носом в щель. Сто лет возле этого пня стою, сто лет не пила, не ела, и никто меня не пожалел, ты первый ласковое слово сказал. Сослужи мне, добрый человек, службу, помоги нос вытащить, а уж я тебя отблагодарю, в долгу не останусь.
Ну, Эспен живо скинул мешок, вогнал в расщелину пня толстый клин - старуха и вытащила нос из щели.
- А теперь, бабушка,- говорит Эспен,- давай закусим. Самое время сейчас завтракать.