— Я приготовила тебе макароны с бобами, но ты так долго не шел, что они превратились в кашу, и тебе придется удовольствоваться на сегодня только полпоросенком. Но зато уже завтра… И при этих словах волчиха многозначительно подмигнула мужу — завтра мы с тобой угостимся, как следует!
Чуффеттино побледнел, как полотно, и едва не потерял сознание, но пересилил себя и пробормотал слабым голосом:
— Я тоже очень, очень голоден.
— Он голоден! Бедный малютка! — нежным голосом проговорила волчиха, лаская мальчика. — Нужно поскорее накормить его, бедняжечку… О, да какой он милашка!.. И какой хохолок!.. Хохолок-то лучше будет остричь… — прибавила она, снова многозначительно подмигивая мужу.
— Нет, нет, — громко, с ужасом воскликнул Чуффеттино. — Госпожа волчиха, не надо остригать хохол, пожалуйста не надо! Я умру от горя. Оставьте меня таким, как я есть… И еще я хотел попросить вас: не могли ли бы вы отослать меня домой…
— А где же твой дом?
— Этот мальчик из Коччапелато, — ответил за него волк и прибавил:
— Что же, женушка милая, будем мы сегодня ужинать или нет?
Стол был уже накрыт, и они все втроем уселись за него. Волк ел с огромным аппетитом. Наш Чуффеттино, несмотря на весь свай страх, тоже уплетал за обе щеки. А, между тем, волчиха бросала на него по временам такие красноречивые взгляды, которые могли бы отнять аппетит у самого графа Уголино.
— А какая вы красивая, — проговорил вдруг наш герой, покончив со второй порцией вареной свинины и обращаясь к старой ведьме: