– Фора, маэстро! – встречал его Иван Андреевич. – Едем! – И часто только в пути объяснял: – Сегодня у Юшковых концерт – этакая тебе удача!
Крепостной оркестр Юшковых славился на всю Европу. Даже после филармонии было что послушать. Впрочем, и этого показалось мало новичку-пансионеру.
– Как сочиняют музыку? – робко спросил он у Ивана Андреевича, когда они вернулись от Юшковых; и, видя, что тот пребывает в экстазе, Мишель еще раз настойчиво переспросил: – Как ее сочиняют, дядюшка?
– Ишь ты, до чего додумался! – рассеянно отозвался Иван Андреевич. – На то, маэстро, композитёры существуют!
– И правила у них есть?
– Натурально. Как же сочинять без контрапункта? – Иван Андреевич еще раз взглянул на племянника, расхаживая по кабинету: – Да ты, пожалуй, и вовсе не слыхал о контрапункте, неуч?
Дядюшка приготовился было раскрыть перед Мишелем тайны неведомого контрапункта, и дядюшкины фалдочки уже пришли было в надлежащее движение, но вдруг устремились к какой-то иной цели и совсем исчезли из кабинета.
Контрапункт нимало не прояснялся до тех пор, пока Михаил Глинка сам не разыскал между дядюшкиными нотами «Памятную книжку» для любителей музыки.
«…Сочинители, – прочел он, – часто вместо одного какого-нибудь голоса употребляют другой или третий. Прежде изобретения нынешних нот писали музыку пунктами и в таком случае ставили один пункт против другого…»
И все! А о том, какое отношение имеют эти таинственные пункты к загадочному контрапункту, «Памятная книжка» сочла за лучшее умолчать.