Мишель перебирает все свои хвори, прошлые и будущие, действительные и мнимые. Как назло, все сейчас отступились.

– Дядюшка, нашел!

– Ну?

– Нервическое расстройство: по этому пункту непременно уволят!

– Идет, – говорит Иван Андреевич, – идет! Нешто возможно этакий концерт пропустить?

Дядюшка ушел к инспектору, а Мишель ждал его в самом деле в припадке нервической лихорадки: шутка ли, Бетховен!

В пансионе давно привыкли к тому, что Михаил Глинка не расстается с болезнями, но по примерным успехам он никогда еще не был на подозрении. И отпуск, как всегда, был ему дан.

Когда они ехали к Казанскому собору, дядюшка хитро подмигнул Мишелю:

– Ты к завтрашнему-то дню не забудь выздороветь, маэстро, а то получишь вместо Бетховена тетушкин декокт!

Глинка, конечно, выздоровел, хотя лихорадка так и не покидала его до самого вечера у Юшковых: вдруг тетушка Марина Осиповна перерешит и вместо Юшковых повезет дядюшку в другое место! К счастью, дом Юшковых состоял у Марины Осиповны в числе презентабельных, и все поехали именно туда.