Работать становилось с каждым днем труднее. Иван Васильевич, обладавший большим опытом подпольной деятельности, заметил, что полиция уже получила сведения о том, в каком районе города он скрывается. Но работа агента ленинской «Искры» была так велика и ответственна, что Иван Васильевич не мог оставить Петербург.
7 января 1903 года к «страховому агенту Шубенко» поздним вечером осторожно постучался закутанный башлыком, в надвинутой на самые глаза папахе неожиданный гость. В руках он держал маленький чемодан и дорожный плед. Иван Васильевич, открыв дверь, с минуту молча вглядывался в посетителя и вдруг горячо обнял его:
— Василий! Дружище!..
Это был старый друг — В. А. Шелгунов. Дверь была плотно закрыта, приезжий сидел у столика, и Иван Васильевич радостно говорил:
— Каждый год встречаемся!.. И все в новых условиях!..
Шелгунов отозвался так же оживленно:
— Ив разных городах!..
Он приехал в Петербург из Баку, где работал по транспортировке ленинской «Искры», и прежде всего решил разыскать своего товарища и друга. Пришлось немало поплутать по петербургским улицам, чтобы не «привести хвоста»: как опытный конспиратор, Шелгунов с полудня исходил и изъездил, чуть ли не половину столицы, стараясь ввести в заблуждение шпиков, если они увязались за ним на вокзале. Но ничего подозрительного он не заметил и теперь глубоко и легко перевел дух, сидя рядом со своим другом.
— Как же, как же, прежде всего, застраховаться пришел: мало ли что с нашим братом, перекати-поле, случиться может!.. — шутил он.
— Да нет, я людей-то не страхую, от огня вот дом или фабрику в обществе «Саламандра» могу застраховать! — таким же тоном отвечал ему «страховой агент».