- Сходство, конечно, большое. Но вы забыли про песчаные холмы южного берега. Если бы мы ошиблись и поехали на восток - ведь по этому Плутону, вечно торчащему в зените, ориентироваться нельзя, - мы должны были бы долго ехать в виду этих дюн, - сказал Каштанов.
- Но не видно реки, текущей с юга, по которой мы могли бы продвинуться еще в эту сторону, - горевал Громеко.
- Имейте терпение, малодушный! Мы только что выехали в это море, а вы уже жалуетесь!
Но терпение действительно подверглось испытанию. Проплыли несколько часов, а характер южного берега не менялся: все тот же лес без перерыва, все те же обрывы плоских высот позади него. Становилось скучно. Плезиозавры, летучие ящеры, стрекозы сделались настолько обыденным явлением, что на них обращали не больше внимания, чем на каких-нибудь лебедей, ворон, жуков при плавании на реке земной поверхности. Только изредка ихтиозавры нарушали однообразие и заставляли гребцов браться за ружья, когда вблизи лодки внезапно появлялась широкая буро-зеленая спина или противная голова этого страшного хищника.
41
СВЕРХЧУДОВИЩА
Так прошла половина дня, и гребцы начали поглядывать уже на берег, высматривая местечко с топливом для обеденного привала. Утром они наловили опять много рыбы и теперь собирались жарить ее.
- Вон впереди, на берегу, какие-то кучи бревен! - воскликнул наконец Макшеев.
Направили лодки так, чтобы постепенно приблизиться к берегу, и налегли на весла в ожидании вкусного завтрака.
Но когда бревна были еще в сотне метров, Каштанов, всмотревшись пристальнее, заявил: