- Тьфу, окаянные! - выругался Макшеев, отряхиваясь после душа. - Все-таки напакостили!
- Ну, вот нам и работа! - утешил его Громеко. - Мы не знали, чем заняться после обеда, а они обо этом позаботились. Теперь нужно всю рыбу опять обчистить, а саго обмыть в речке и сушить.
- И сначала самим обсушиться! А уха наша, наверно, вся выкипела…
Бронтозавры, описав полукруг по воде, опять вылезли на берег, восточнее устья речки, и продолжали бежать по пляжу.
- И им, видно, досталось на орехи, ишь как улепетывают! - злорадствовал Макшеев, раздеваясь у палатки, пока Громеко снимал котелок с ухой.
Развесив платье для просушки и водрузив шест с веревкой на прежнее место, путешественники в костюмах Адама принялись за свой обед. Генерал, наевшись с утра рыбьих голов и внутренностей до отвала, растянулся на песке и задремал. Ни он, ни занятые едой люди не заметили, как из леса, недалеко от стоянки, вышли один за другим шесть муравьев, остановились, осмотрелись и столь же бесшумно скрылись в чаще.
Покончив с обедом, Макшеев и Громеко прилегли в палатке и закурили трубки, прежде чем приняться за очистку рыбы от налипшего песка.
Вдруг Генерал заворчал, вскочил и бешено залаял. Выбежав из палатки, Громеко и Макшеев увидели, что их стоянка окружена муравьями. Одна колонна отрезала их от устья речки, вторая надвигалась с другой стороны к веревке с рыбой и к одеялу с саго.
- А ружья-то у нас не заряжены! - завопил Громеко, бросаясь к патронташу.
- Берегите картечь! - кричал Макшеев, торопливо заряжая двустволку. - Палите в правых, а я в левых!