Старшина разочарованно сплюнул.
Снег перестал, и разведывательный самолет «удочка» пролетел над городком.
— Вот сейчас нам маршрут дадут, — сказал Юрий, кивая на самолет.
— Как тебе нравится Германия? — спросил его Николай.
— Никого нет. Кому мстить прикажете?
— Так что ж, начинай разрушать дома, — с иронией посоветовал Николай.
Старшина возмутился:
— Что мы гитлеровцы, что ли? Или карательная экспедиция каких-нибудь колонизаторов в Африке?
— А вдруг, — предположил Юрий, — весь немецкий гарнизон сидит в домах и ждет момента…
Его прервал девичий крик, раздавшийся в ближнем доме. Крик был настолько неожиданным, что гвардейцы вздрогнули. Дверь распахнулась, и из дома выбежала худенькая девушка, лет семнадцати. Она остановилась, качнулась на тоненьких ножках, обутых в деревянные чоботы, и прислонилась к стене, беззвучно рыдая. Гвардейцы подбежали к ней. По ее бледному лицу, с чахоточным румянцем на скулах, текли слезы. Она протянула руки, которые тут же опустились, как перебитые, и прошептала: