Лопата Пименова резко скрежетала по броне. Пыль столбом поднималась над ним. По окраине, меж развалин, на каждой машине также шла уборка, стояли облачка пыли. Николай посчитал их и удовлетворенно подумал, что танков в бригаде после этого боя осталось еще много.
— А где Малков? — спросил он.
— Тут, в подвале, — Пименов показал на разрушенное здание рядом. — Они с Антоном локомобиль пустить хотят — воду качать. Машины помыть мечтаем.
Когда Николай спускался по лестнице, заваленной битым кирпичом, внизу затарахтел двигатель, и закричали «ура». Затем послышался голос Юрия: «Тяни, тяни, сейчас напор полный будет. Ну-ка, дай, я сам». Он выскочил навстречу Николаю, держа в руках брандспойт:
— О! Здорово, Коля! Давай, помогай.
Они быстро вытянули длинный резиновый шланг. Хлестнула сильная струя. Юрий направил ее на машину, обрызгал Пименова с головы до ног. Тот кубарем слетел с танка и, смеясь, подбежал к Юрию.
— Давайте мне, товарищ лейтенант.
— Постой! Иди доложи майору. Пусть даст всем команду приводить машины сюда, устроим им баню, — он повернулся к Николаю. — Ну, как, товарищ мой шеф, дела?
Николай, щурясь, любовался, как от струи, серебрящейся на солнце, летели брызги, и в них играла радуга.
— Я, Коля, к тебе собирался идти. Ты думаешь, я обиделся? Нет. Я же привык, что ты меня бомбишь каждый день, — улыбнулся Юрий. — Знаешь, у меня Соня была, сидели там, на водокачке. Ругает меня еще больше, чем ты. Говорит: «Если ты будешь таким, как желе, тебя ни одна девушка не полюбит». Обрати внимание, на что намекает! А мне уже все равно. Не это сейчас главное!