Командир приоткрыл люк: Миша Бадяев пригибался за башней, остерегаясь пуль, и не видел его лица.
— Что такое — спросили из танка.
— Влево по улице две «пантеры» подошло — надо ударить сбоку.
Гул выстрелов и треск рушащихся стен заглушил голос автоматчика.
— Вправо, говоришь? — переспросил командир танка.
— Да нет, влево.
Лейтенант скомандовал экипажу:
— На четвертой, по улице вправо! Бронебойный!
— Влево, влево! — кричал Миша Бадяев, спрыгивая.
Но было уже поздно. Танк взревел и ринулся вперед. Он подскочил к углу, сделал крутой поворот и помчался по улице вправо. Сзади в него полетели вражеские снаряды. Командир высунулся почти до пояса, увидел, что ошибся, и приказал: — Орудие назад! — По нему резанула пулеметная очередь, и лейтенант, взмахнув руками, повалился на башню.