— Шварце мессерн! — пронеслось среди немцев.
Этот испуганный крик решил исход атаки. Он будто подрезал врага и влил богатырскую силу в наших автоматчиков. Еще в боях на Орловщине, когда на фронте появились танковые части с Урала, родилась у немцев легенда о «шварце мессерн» — о бойцах с черными ножами.
Это были части, сформированные из добровольцев. Рабочие Златоуста подарили им ножи в черной оправе. Тогда на фронте тоже стояла дождливая погода.
Уральцы взламывали оборону врага. На немцев обрушились танки, с брони в окопы бросались отборные бойцы-десантники — мастера рукопашного боя. На них были стальные нагрудники, непробиваемые пулей. Немцы в ужасе отступали от натиска «дикой дивизии черных ножей», как они называли уральцев. Невозможно было устоять против напора: танкисты, даже на подожженных машинах, мчались вперед, давили противотанковые орудия немцев, железный десант не давал пощады, и мало кто из врагов уходил от верного удара ножа.
Немного осталось в живых из тех бесстрашных, что бросались в первые атаки тогда, на Орловщине. Нет и стальных нагрудников: от них давно отказались десантники, как от лишнего груза. Но, кидаясь сейчас в траншею, каждый словно приобрел непробиваемую грудь, силу всех погибших ранее земляков, и в возгласе «ура» слышал «Урал».
Солдаты противника пытались выбраться из траншей и повернули спины, выкарабкиваясь. В эти несколько секунд замешательства было покончено со многими. Оставшиеся пробовали сопротивляться в рукопашной схватке.
В траншее постепенно становилось тише и тише. Тогда сквозь шум дождя слева на холмах раздался визг чужих моторов. К Погудину, отирая рукавом мокрое от пота и дождя лицо, подбежал черномазый Мирза Нуртазинов.
— Лейтенант! Танки! Танки! — Он, часто дыша, вглядывался сквозь ливень в сторону, откуда доносились зловещие звуки. — Наши не видят. Ай-яй-яй!
Дождь не унимался. Мокрых до нитки автоматчиков пронял озноб. Стоя в траншее и заслоняясь от грозового косохлеста, они смотрели вперед. Там, за плотной завесой ливня, среди дымящихся хат метались «тридцатьчетверки». Им было плохо без десанта. Они подавили орудия противника на окраине, и, не заняв деревни, потянулись влево, навстречу немецким танкам, которые выползали из леска.
— Увидал! Увидал! — закричал Нуртазинов.