— Что вы мистер Уэлтон, как можно! — всполошился Порп, но дружный хохот, грянувший вокруг, надоумил его, что Уэлтон просто над ним потешается, и он сразу переменил тон.
— Сейчас не время шутить. И очень вас прошу, мистер Уэлтон, сегодня на собрании не нарушать порядка своими выходками! Прошлый раз мистер Гарстенг был ужасно раздражен тем, что вы опоздали, да еще притащили с собой свинью и наделали бог знает какой шум, когда пытались ввести ее в зал!
— Так ведь это я старался, чтобы все было как можно натуральнее и убедительнее. Но вы не волнуйтесь, Порп, сегодня я буду на высоте — образцовый деревенский олух. Я даже специально для сегодняшнего вечера заучил наизусть монолог на местном диалекте. Это о корове, которая полезла на чердак и...
— Нет, нет, мистер Уэлтон, прошу вас строго придерживаться программы? Никаких добавочных, внеплановых номеров?
— Ну, нет, так нет. А я хотел вам угодить.
И Уэлтон пошел дальше, отстранив с дороги Порпа. Остальные двинулись за ним. Контролер остался один. Качая головой и морща лоб, он смотрел им вслед.
III
Переряженный в деревенского батрака, пылая здоровым румянцем, тщательно наведенным на щеки, Халлес уселся в автобус вместе с другими такими же «поселянами». Он с большим облегчением убедился, что грязь на его одежде не настоящая, что это какой-то нестирающийся состав, который употребляют в киностудиях. Их довезли до деревни и высадили у трактира «Конюх и лошади».
Чарлтон взял новичка под свое покровительство.
— Прежде всего мы опрокинем по стаканчику, а потом отправимся группами по двое и по трое в здешний клуб и займем первые ряды. Настоящие фермеры сядут позади. Да и придет их немного — только кое-кто из стариков. Они вошли в трактир.