Гарстенг был уже в сильном беспокойстве и знаками умолял Тэнкрея остановить этот поток красноречия.
— Ну хорошо, мистер Толпэд, благодарю вас. Ваша точка зрения ясна, а теперь надо дать и другим высказаться.
— Что ж, ладно! — согласился Уэлтон. — Я своё сказал. Мы очень привыкли к нашим нужникам и не хотим…
— Да, да, благодарю вас. Пора нам, я думаю, выслушать и представителей молодого поколения.
Гарстенг энергично закивал Элистеру, но раньше, чем тот успел подняться с места, из задних рядов быстро вышел какой-то молодой человек и подошел к микрофону.
— Меня зовут Ньюмен, — начал он, заметно нервничая и стараясь овладеть собой. — Я один из тех молодых, которых наш председатель желает выслушать. Мне девятнадцать лет, и я родился в Плэдберри. Я здесь живу, а работаю не здесь…
Гарстенг сделал едва заметный знак одному из техников и, написав что-то на бумажке, передал эту бумажку через Треголда Тэнкрею.
А молодой человек у микрофона взволнованно продолжал:
— Почти все девушки и парни нашей деревни работают в Мемтоне, потому что здесь в деревне нам делать нечего. А когда мы женимся, нам и жить то негде! Какие коттеджи получше — все откуплены под дачи городскими жителями. Сразу после воины за любой домишко давали по две-три тысячи фунтов. Те дома, что совет обещает выстроить, нам очень нужны. И колодцы, да керосиновые лампы, да выгребные ямы и отхожие места во дворах нам здорово надоели. Почему не завести в Плэдберри нормальные современные удобства? Наверно, городские жители и не подозревают, что в таких деревнях, как Плэдберри, есть еще лачуги с земляным полом, а помои здесь выливают в сад или прямо на улицу, потому что помойных ям нет и сточных груб тоже? Так вот... (молодому человеку уже трудно было сдерживаться). Так вот… Я прямо заявляю: молодёжь Плэдберри одобряет планы совета...
— Благодарю вас, — поспешно перебил его Тэнкрей с плохо скрытым раздражением. — Благодарю вас, мистер Ньюмен. Весьма интересно было услышать и другую точку зрения.